Главная / Естественное родительство. Каталог статей / Детские болезни

Р.Мендельсон «Исповедь еретика от медицины»

ГЛАВА I
Опасный диагноз (окончание)

...

Большинство врачей склонно заявлять, что обратиться к врачу никогда не рано. И люди верят в это. Но поймите: сам факт визита к врачу означает, что вы просите о лечении; по крайней мере, таково видение врача. Проще выражаясь, если вы здесь, значит, вы сами этого хотели. Вы сами решили подвергнуться широкому спектру священнодействий — от принятия аспирина до ритуального расчленения. Конечно же, врач будет стремиться к наиболее болезненным формам жертвоприношений, так как это повышает его божественный статус. Некоторые заходят в этом направлении так далеко, что вообще забывают о более щадящих методах. Один мой знакомый молодой человек решился на стомильную велосипедную гонку, чего раньше никогда не делал. Проехав треть пути, он понял, что не был готов к такому наказанию, но проносившиеся мимо велосипедисты стали обидно подшучивать над тем, как медленно он ехал. Это его так разозлило, что он поклялся дойти до финиша — и дошел. Проснувшись па следующий день, он не мог пошевелиться. Больше всего болели колени — они приняли на себя основную тяжесть наказания. Нашему велосипедисту было так плохо, что он приковылял к врачу. Тот после осмотра и рентгена заключил, что у молодогоо человека либо гонорея, либо рак колена. Между тем, мой друг перед осмотром поведал врачу о стомильной гонке и теперь, после оглашения диагноза, поинтересовался, не вызвано ли его состояние этой гонкой. Врач сказал: «Никоим образом!»— и собрался дать направление к специалисту. Конечно, мой друг тут же выбросил направление. Через несколько дней его ноги были как новенькие.

Некоторые врачи сваливают вину на пациентов, говоря, что те требуют лечить их от болезней, которые проходят сами собой. Дескать, что поделаешь, если люди являются на прием и просят назначить антибиотики для быстрого избавления от простуды. Или сильнодействующие и опасные противоартритные средства для преодоления небольшой скованности в суставах. Или гормональные препараты для выведения прыщей или сдерживания их появления у подростков. Я не принимаю таких оправданий. Пациенты требуют и многого другого: более продуманного лечения, большего применения естественных (натуропатических) методов и обсуждения различных вариантов лечения, — но в этих случаях врачи редко уступают.

Если вы хотите защитить себя, придется уяснить, что у вас с врачом разные стандарты, и его стандарты ничем не лучше. Врачам не хватает деликатности понять, что сама их манера вести беседу на-мекает на необходимость лечения. Я советую врачам не сообщать родителям маленьких пациентов о безобидных шумах в сердце, увеличенных миндалинах, пупочной грыже — ведь почти все эти симптомы исчезают к шести годам. Я прошу врачей не спрашивать матерей трехлетних мальчиков, приучены ли их дети к горшку, так как этот вопрос автоматически заставляет мать думать, что с ребенком что-то не так, если он не умеет пользоваться горшком.

Вам придется изучить еще много других подходов и стратегий поведения, если вы хотите защититься от опасностей диагностических процедур. Конечно, в критическом положении — в случае аварии, ранения, острого аппендицита — у вас не будет выбора. Но на такие ситуации приходится всего пять процентов случаев обращения за медицинской помощью. Вообще незачем ходить к врачу, если у вас нет совсем никаких симптомов. Если же они есть, если вы действительно больны, то прежде всего постарайтесь узнать о вашей проблеме больше, чем знает врач. Нужно изучить вашу болезнь, и в этом нет ничего сложного. Вы можете взять те же учебники, по которым учился врач,— наверняка он забыл большую часть из того, что там написано. Существует и научно-популярная литература почти о каждой болезни, с которой вы можете столкнуться. Смысл в том, чтобы узнать о своей болезни как можно больше, чтобы иметь равную с врачом, а может быть, и лучшую базу знаний.

Если вам выдано направление на обследование — разузнайте, что оно должно показать. Спросите у врача, что он хочет выявить с помощью этого обследования. Врач вам об этом не расскажет, но если вы проведете собственные розыскные мероприятия, то обнаружите, что такие простые обследования, как анализ крови, анализ мочи, туберкулиновая проба и рентген грудной клетки, так противоречивы и их так сложно интерпретировать, что польза от них крайне мала.

Вам также понадобится найти лабораторию, которая делает анализы с высокой степенью точности. Если в лаборатории вам не расскажут, каков у них процент ошибочных анализов, вычеркните ее из списка. Если в лаборатории хвастаются идеальной или почти идеальной точностью — отнеситесь к этому с подозрением. Но продолжайте задавать вопросы. Откуда они знают, что результаты так точны? У них есть сертификат качества? Кто его выдал? Возможно, вы никогда не найдете лабораторию, которая ответит на все вопросы удовлетворительно. А если все-таки найдете, то требуйте у врача направления в эту лабораторию. Вам, вероятно, будет трудно добиться этого, потому что многие врачи связаны финансовыми интересами с определенными лаборато- риями. Настаивайте. Если врач проводит все обследования сам, задавайте ему те же вопросы, которые вы задали бы в лаборатории. В конце концов, если от результатов лабораторных тестов зависит серьезный курс лечения, пересдайте все анализы. Пересдайте, даже если вас обяжут сделать это снова в той же самой лаборатории.

Самый важный способ, с помощью которого можно обратить процедуру диагностики в свою пользу, — задавать вопросы врачу. В некоторых случаях, и это будет редкое исключение, он ответит. Вероятнее же всего, выразит неудовольствие. Все равно продолжайте спрашивать— тем быстрее вас выставят из кабинета. По поведению врача будет нетрудно составить мнение о нем как о человеке и специалисте.

Вопросы смогут защитить вас и от рентгена. Конечно, лучшая защита от рентгена — это его отсутствие. Направление на рентген молочных желез женщин до пятидесяти лет, женщин без жалоб в семейном анамнезе не оправдывается необходимостью выявления рака груди. Рентген груди вообще представляет сомнительную пользу для всех женщин, так как молочные железы особенно чувствительны к радиации. Каждая женщина может избежать рентгена, просто сказав врачу, будто ей кажется, что она беременна,— неважно, действительно ли это так. Правда, иногда это может спровоцировать врача назначить тест на беременность, как что случилось с супругой одного моего коллеги. Она избежала теста, сказав медсестре-инквизиторше, что тест сделает ее муж. Так как это их первый ребенок, они хотели бы как можно больше лично участвовать в этом событии. И она никогда не делала рентген. Вы тоже можете улизнуть, используя похожую уловку — просто сказав, что хотели бы провести этот тест у своего врача. Впоследствии — можете положиться на бюрократическую инертность — этот вопрос никогда не всплывет снова. Беременные женщины или те женщины, которые действительно думают; что беременны, должны громко заявить о своем положении каждому, кто попытается направить на них рентгеновские лучи. Врач или стоматолог, который настаивает на облучении беременной женщины без серьезных на то оснований, должен лишиться лицензии.

Чтобы избежать рентгена, пригодны различные методы: от валяния дурака — «Мне и вправду нужен этот рентген, док?» — до хитростей и уговоров. Иногда это помогает, но вы должны быть готовы к прямому вызову и конфронтации. Иногда врач просто сажает вас на каталку и везет к рентгену. Это типичная выходка, при помощи которой полностью дееспособных людей унижают, попирают их достоинство, обезличивают и превращают в смиренных и управляемых пациентов. Если такое когда-нибудь проделают с вами — выпрыгивайте из каталки и вставайте на ноги. Тренируйте в себе ответственность за свое здоровье. Любые последствия прыжка с каталки будут, несомненно, менее вредными, чем побочные эффекты рентгена.

Если вы приняли решение не делать рентгена, но врач все еще пристает к вам с ножом к горлу, задайте ему следующие вопросы: «Что вы собираетесь у меня найти? Какова вероятность того, что вы обнаружите это при помощи рентгена? Можете ли вы искать это более безопасными методами? Вы используете самую современную и хорошо обслуживаемую установку с самым низким уровнем облучения? Вы наденете надежную защиту мне на остальные части тела? Как рентген повлияет на мое лечение? Когда вашу рентгеновскую установку последний раз проверяли на безопасность?» Продолжайте спрашивать до тех пор, пока ответы врача не позволят вам сделать информированный выбор. Если вы решите, что рентген нам действительно нужен, сделайте снимки только тех органов, которые необходимо обследовать именно сейчас. Не позволяйте ни врачу, ни рентгенотехнику делать какие-либо дополнительные снимки «на всякий случай, раз уж вы все равно пришли».

Чтобы полностью защититься от врача, вам нужно научиться врать ему. Это не такой уж странный шаг. Успешно противостоять профессиональной бюрократии невозможно, не научившись обманывать ее. Не случайно мы учимся врать школьным учителям в довольно нежном возрасте, потому что догадываемся: задача школы — не образование, а выдача аттестата. Ну а тем, что по-настоящему необходимо в жизни, мы овладеваем вне стен школы. Я советую студентам-медикам научиться искусству лицемерия и двуличия, как когда-то негры американского юга научились искусству притворства. Притворство стало искусством — казаться трудолюбивым и послушным, кем бы человек ни был па самом деле.

Если вы, например, кормящая мать, врач почти всегда будет против грудного вскармливания. Он будет против, даже если заявляет, что ему все равно, какой тип кормления вы изберете. Будет против уже потому, что врачи ничего не знают о грудном вскармливании. Что вы станете делать, если врач, взвесив ребенка, решит, что младенец набрал недостаточно веса, как того требуют таблицы? Что предпримете, если врач посоветует потчевать двухнедельного малыша хот-догами? Частенько в шутку представляю себе воображаемого акушера, который стоит у родильного стола и, как только ребенок выходит из утробы, сует ему в рот хот-дог — для раннего приучения к твердой пище.

Итак, если врач посоветует давать ребенку, возраст которого один месяц, твердую пищу — кашу, или фрукты, или что-нибудь еще в этом духе, — что вы предпримете? Попытаетесь поспорить с ним, потому что кому как не вам лучше знать, что нужно вашему ребенку? Просто откажетесь вводить прикорм? Но в этом случае врач обидится и, возможно, прекратите вами работать. Допустив, что врач — разумный и заботливый человек, попробуете уговорить его, убедить в своей правоте? Что ж, удачи вам на этом пути.

Но вы можете и притвориться. Не говорите врачу ничего, кроме «Так точно!». И когда он выдаст вам упаковку детского питания, просто выбросьте ее в первый же мусорный бак. И продолжайте кормить ребенка грудью. Когда на очередном осмотре врач снова положит ребенка на весы, поведайте, в каком восторге ваш бэби от фруктов и каши. И тогда врач, посмотрев на показания весов, с удовлетворением сообщит вам, что теперь с ребенком все в порядке.

К сожалению, в некоторых ситуациях прибегнуть к обману невозможно. Например, акушер-гинеколог просто взвесит вас, и ничто не помешает ему развивать вредные идеи об ограничении прибавки в весе во время беременности. Многие женщины приносят на первый осмотр целый список того, чему они не желали бы подвергнуться во время родов. Они объясняют, что им вовсе не нужно, чтобы их брили, делали рассечение промежности, применяли обезболивающие, стимуляторы и так далее. Врач согласно кивает, но к концу родов женщина обнаруживает, что, несмотря па ее отказ, с ней благополучно проделали все эти процедуры. Трудно ожидать, что женщина во время ролов в силах контролировать действия врача. Все равно он сделает так, как считает нужным. Вот почему важно нарушить привычный ход вещей и добиться от врача желаемого раньше, прежде чем ситуация станет критической. После того как вы задали врачу свои вопросы, совсем не обязательно верить каждому его слову. Напротив, проверяйте все, в чем он вас убеждает. Вы должны читать и знать о своей проблеме больше, чем врач.

Основной массе врачей можно доверять не более, чем продавцам подержанных машин. Что бы врач ни говорил и ни рекомендовал, прежде всего постарайтесь понять, какая ему от этого выгода. Например, если неонатолог умиляется тем, что появление отделений для новорожденных из групп высокого риска заметно повысило выживаемость младенцев, проверьте, не работает ли он в таком отделении.

Всякий раз, когда вы слышите суждение по вашему вопросу, не совпадающее с точкой зрения врача, возвращайтесь к теме и спорьте, опираясь на другое мнение. Немногие поступают так, потому что люди боятся разгневать врача, настроить его против себя. Не бойтесь! Чем нехороший способ проверить его лояльность. Гнев и враждебность, проявленные по отношению к вам, полезны для вас же. Это может послужить толчком к тому, что вы измените отношение к вашему врачу. И вообще ко всем врачам.

Если вам предстоит принять решение относительно какой-либо медицинской процедуры — ищите человека, на чью мудрость вы полагаетесь, и советуйтесь с ним. Когда-то в далеком прошлом врачи были культурными и образованными людьми. Они разбирались в литературе и искусстве и были отмечены печатью дальновидности и благоразумия. Теперь это не так. Теперь вам нужно искать совета у людей, имеющих тот же опыт, что и вы, те же симптомы и те же заболевания. Обсудите свою проблему (что бы ни говорил ваш врач и как бы ни оценивали ситуацию вы сами) с друзьями, соседями, домочадцами. Узнайте, что думают по схожему поводу их врачи.

Врачи, однако, не советуют слушать, что расскажут вам в мясной лавке, в бакалее, в парикмахерской. Обращаться к друзьям и родным они также не рекомендуют. Как вы думаете, почему? Да потому, что охраняют свою священную власть. Так что как только вы заметили появившиеся симптомы, советуйтесь и с друзьями, и близкими, и с другими людьми, которых вы хорошо знаете и которым доверяете.

И наверняка обнаружите, что вполне можете обойтись без врача.

ГЛАВА II
Чудесное изувечение

Я до сих пор помню, как, начиная работать врачом, вводил пенициллин внутривенно через каждые несколько часов детям, у которых были мучительные симптомы бактериального менингита, и наблюдал чудесные превращения, происходившие час за часом. Дети, еще недавно находившиеся на грани смерти, приходили в сознание и начинали реагировать на раздражители. Спустя несколько дней эти дети уже были на ногах, почти готовые вернуться домой.

Пациенты с лобарной пневмонией тоже нестерпимо страдали. В кризисный момент у них могли быть высокая температура, жестокий кашель, удушье, дрожь, озноб и сильная боль в груди. Одни выздоравливали, другие умирали. Но с приходом пенициллина лобарная пневмония стала протекать без кризиса. Температура, кашель и другие симптомы проходили в течение нескольких дней. Люди, которые могли бы уже никогда не выйти из больницы в живых, собирали сумки и уходили на своих ногах.

Я и другие врачи чувствовали, что мы являемся свидетелями настоящего чуда.

Теперь все изменилось. Менингит и лобарная пневмония стали редкими заболеваниями. Даже если такие опасные для жизни заболевания встречаются врачу в его практике, лечение их настолько стандартно, что в основном выполняется медсестрой или лаборантом. И хотя чудо излечения все еще кажется чудом, антибиотики, представлявшие когда-то огромную ценность, теперь представляют не меньшую опасность.

Многие врачи прописывают пенициллин при таком безобидном заболевании, как обыкновенная простуда. Так как пенициллин действует почти исключительно на бактериальные инфекции, он бесполезен при вирусных заболеваниях, таких, как простуда и грипп. Пенициллин и другие антибиотики не сокращают длительность болезни, не предотвращают осложнений и не снижают количества патогенных микроорганизмов в носоглотке. Здесь они ничем не могут помочь.

А что они действительно могут, так это вызвать побочные реакции – от кожной сыпи, рвоты и поноса до лихорадки и анафилактического шока. Если вам повезет, вы станете всего лишь одним из тех семи-восьми процентов людей, у кого появилась сыпь, хотя гораздо больший процент людей, страдающих мононуклеозом, покрывается сыпью после приема ампициллина. У тех же, кто окажется менее везучим – а это пять процентов людей, дающих тяжелую реакцию на пенициллин, – разовьется малопривлекательная картина анафилактического шока: сердечно-сосудистая недостаточность, липкий пот, отсутствие сознания, низкое давление, сбои сердечного ритма. Пенициллин вызывает мрачных духов болезней, для борьбы с которыми он был создан!

Но пенициллин отнюдь не единственный злодей. Хлоромицетин – эффективное лекарство при некоторых видах менингита, вызываемых H.influenza, а также при заболеваниях, вызываемых тифозными и некоторыми другими бактериями. При таких заболеваниях только хлоромицетин и может помочь. Но у него есть также не столь уж редкий и весьма пагубный побочный эффект – вмешательство в процесс кроветворения костного мозга.

Когда на кону человеческая жизнь, этот риск оправдан. Но когда у ребенка не более чем вирусная ангина – разве то облегчение, которого все равно не принесет хлоромицетин, стоит того, чтобы подавлять деятельность костного мозга ребенка, из-за чего потом потребуются многократные пересадки и другие виды лечения, ни один из которых не гарантирует полного выздоровления? Конечно же, не стоит. И все же врачи прописывают хлоромицетин при ангине.

Тетрациклин стал настолько популярным в амбулаторном лечении, что его уже называют «домашним» антибиотиком. Его часто прописывают детям и людям других возрастов, потому что он активен против широкого спектра микроорганизмов, а его побочные эффекты не считаются опасными. Но у тетрациклина есть целый ряд побочных эффектов, и информированный человек едва ли предпочтет их бесполезному действию тетрациклина, назначенного в тех случаях, для лечения которых он не предназначен. Самый страшный побочный эффект тетрациклина состоит в том, что он откладывается в костях и зубах. Хотя никто не знает точно, как именно тетрациклин действует на кости, сотни тысяч, а может быть, и миллионы детей и родителей знают, что он навсегда делает зубы желтыми или желто-зелеными. Несмотря на то, что эта цена за сомнительную эффективность тетрациклина в борьбе с обычной простудой может показаться вам слишком высокой, врачам так не кажется. Сегодня применение антибиотиков в таких случаях обосновывают тем, что дети, болеющие простудой, на самом деле могут быть инфицированы микоплазмой. У подавляющего большинства детей с симптомами простуды нет никаких признаков микоплазмоза.

В 1970 году Управление контроля продуктов и лекарств США наконец очнулось от широко распространенного злоупотребления тетрациклином и потребовало разместить на всех упаковках тетрациклина следующее предупреждение: «Применение антибиотиков тетрациклинового ряда в период развития зубов (а именно: у женщин – во второй половине беременности, у детей – в возрасте до восьми лет) может вызвать пожизненное изменение цвета зубов на желто-серо-коричневый. Такая побочная реакция чаще проявляется при длительном применении указанных лекарственных средств, но также наблюдалась и после нескольких коротких курсов приема. Также были отмечены случаи неправильного развития зубной эмали. По указанным причинам тетрациклин не должен применяться в данных возрастных группах, если применение других лекарств эффективно и не противопоказано».

Трудно сказать, принесло ли это предупреждение какую-либо пользу, поскольку врачи редко читают вкладыши к лекарствам. Даже если и читают, то информация, размещенная на вкладышах, редко удерживает их от назначения тех лекарств, которые они считают нужными. Особенно, если в предостережении на вкладыше, как в случае с тетрациклином, недостаточно ясно выражена мысль, что лекарство дает такие побочные эффекты, которыми можно пренебречь только в критической ситуации.

Еще одна опасность злоупотребления антибиотиками, даже более серьезная, чем побочные эффекты, – это суперинфекция. Пока антибиотик борется с одной инфекцией, еще один штамм этой бактерии, устойчивый к действию антибиотика, может вызвать другую, куда более тяжелую, инфекцию. Бактерии чрезвычайно легко адаптируются к новым условиям. Последующие поколения бактерий могут вырабатывать устойчивость к антибиотикам, действию которых все больше и больше подвергались их предки. Когда-то гонорею можно было вылечить умеренной дозой пенициллина. Теперь для ее лечения нужно две больших инъекции, а иногда – и дополнительные лекарства! Недавно на Филиппинах и в Западной Африке было открыто два новых штамма гонореи, и эти штаммы полностью сводят на нет эффективность пенициллина.

Конечно, у Современной Медицины есть более сильное лекарство против более сильной бактерии гонореи – спектиномицин. Он стоит в шесть раз дороже и у него еще больше побочных эффектов. Между прочим, у бактерий гонореи появился новый штамм, который устойчив и к спектиномицину! Пока борьба обостряется, микробы становятся сильнее, а пациенты и их кошельки истощаются.

Всего этого не произошло бы, если бы врачи осознавали, что у антибиотиков есть свое строго ограниченное место в медицинской практике, и соблюдали бы это ограничение. Пенициллин или другие антибиотики могут понадобиться человеку всего три-четыре раза в жизни, и только в случаях, когда цель оправдывает средства.

К сожалению, врачи засеяли этими сильнодействующими лекарствами всю страну. От восьми до десяти миллионов американцев ежегодно обращаются к врачам по поводу простуды. Девяносто пять процентов из них выходят из кабинета врача с рецептом в руках. Половина из этих рецептов – на антибиотики. Этих людей не просто одурачивают, вынуждая их платить за то, что не поможет им при простуде, но и подвергают опасностям побочных эффектов и риску заражения более тяжелыми инфекциями.

Роберт Мендельсон.
«Исповедь еретика от медицины»

Добавлено: 26.11.2012, IResh
Статья с сайта Детенок

 
 

Читайте также:
Р.Мендельсон «Исповедь еретика от медицины» - II глава (продолжение)
Р.Мендельсон «Исповедь еретика от медицины» - II глава (окончание)
Раннее развитие детям? - Надо ли навязывать?
Правила вакцинации
Вопросы воспитания - Мама - главная; манипуляции; поведение в гостях

Главная / Естественное родительство. Каталог статей / Детские болезни